Дело Бэббиджа живет и побеждает

Николай Николаев • 17 сентября 2015
В 1823 году англичанин Чарльз Бэббидж принялся создавать первый в мире компьютер. Что это было за время? Откуда там взяться компьютеру?

    Десятки тысяч фунтов стерлингов — правительственных и своих — были истрачены. Умерли отец, жена, пятеро детей, а Бэббидж все мастерил счетную машину, усложняя ее механизмы и рисуя все новые чертежи, которым пристанет потом лишь пылиться в музее.

    Трагедия? Но попутно, мимоходом, Бэббидж совершил целый ряд открытий, а чертежи его машины все же были прочитаны и поняты его далекими потомками, как нашими современниками понята клинопись Вавилона и Шумера.

    Летом 2001 года машина Бэббиджа была, наконец, построена стараниями Дорона Суода, директора лондонского Музея науки. Эта машина не только явилась плодом гениального замысла, но и стала шедевром инженерной работы. Она состоит из восьми с лишним тысяч отдельных деталей, по большей части выточенных вручную — всего пять тонн точнейшей механики! Особенно впечатляет «принтер ХIХ века». Он оттискивает результаты вычислений на поверхности печатной формы и печатает их на бумаге. Так завтрашний день становится копией прошлого, а механическое мельтешение деталей — ожившей музыкой мысли, зримыми переливами логики. Поворот рукоятки, и все вещество машины приходит в движение. Она размышляет. Валы трещат; шпиндели фырчат; штанги стучат; колеса вращаются…

    Еще в 1985 году Суод загорелся идеей построить «допотопный компьютер» по сохранившимся чертежам. Однако работы над ним затянулись, словно над машиной Бэббиджа и впрямь висел какой-то злой рок: то правительство Тэтчер перестало выделять деньги музею, то отказался помогать единственный поначалу спонсор — IBM.

    Порой, разбираясь в черновиках Бэббиджа, современные инженеры брали ложный след и начинали мастерить вариант, отвергнутый самим изобретателем. Суод предположил даже, что Бэббидж нарочно оставил в своих бумагах ошибочные решения, дабы никто — кроме него — не мог справиться с делом его жизни, ни ныне, ни во веки веков.

    И все же через шестнадцать лет, — а если быть истинно точным, через 178 лет (!) — работы над «разностной машиной» были завершены. Она может вести вычисления не хуже других. И все же она — лишь музейный экспонат, огромный, как туша кита. «Если бы Бэббидж был дельным коммерсантом, то компьютеризация общества началась бы гораздо раньше», — подчеркнул Натан Мирвольд, один из бывших руководителей «Microsoft». Он был спонсором этой необычной работы и даже заказал себе еще один образец машины Бэббиджа (теперь-то работы над ее копиями будут продвигаться быстрее).

    И все-таки, пусть и «валы трещат, шпиндели фырчат…», машина напоминает тушу кита, выброшенного на берег. Поток промчался мимо. Пусть в основе современных компьютеров лежат все те же идеи Бэббиджа, его идеи остались отлучены от общества почти на сто лет. А ведь они были из тех, что меняют мир! Мы же помним — это было с нами, на наших глазах! — что компьютер, в самом деле, изменил наш образ жизни и весь мир. К этому стремился и сам Бэббидж…

    В свое время он надеялся, что задуманная им машина станет предсказывать стихийные бедствия и удары судьбы, сводя цифирки многочисленных фактов воедино и превращая череду единичных событий в фатальную картину всеобщей связи вещей.

    Теперь его машине предстоит влачить скромное, призрачное существование. Время от времени Суод будет вручать гостям музея сувенир — листок, на котором распечатано решение любимого уравнения Бэббиджа:

    y = x2 + x + 41.

    … А ваш «ноутбук», лежащий в кармане, решит эту задачу так же легко, как справлялась с ней многотонная махина, задуманная в пушкинскую эпоху?